Бункер

То, что этот немецкий фильм четырежды менял название, прежде чем был выпущен на экраны России компанией «Централ Партнершип», с одной стороны, является случайностью, а с другой — выражает противоречивость и неровность самого кинопроизведения. Окончательный русскоязычный вариант «Бункер» отнюдь не кажется удачным, поскольку не отражает суть картины, которая даже по сюжету вовсе не ограничивается пребыванием Гитлера и его приближённых в подземном бункере в момент штурма Берлина советскими войсками. Первоначальная версия «Падение Берлина» слишком уж очевидно вызывала в памяти одиозную ленту Михаила Чиаурели. А название «Взятие Берлина» скорее бы соответствовало нашей точке зрения на исторические события периода завершения второй мировой войны. Пожалуй, наиболее точным было заглавие «Крах», упомянутое в рекламных роликах, но от него почему-то решили отказаться.В оригинале же фильм именуется «Падением», ибо снят по одноимённой книге (с подзаголовком «Гитлер и конец Третьего Рейха») немецкого историка Иоахима Феста, который сам участвовал в качестве режиссёра в создании в 1977 году документальной картины «Гитлер — Карьера». Кстати, и продюсер Бернд Айхингер, также выступивший на сценарном поприще, финансировал ещё в 1978 году ленту «Гитлер — Фильм из Германии» известного киноавангардиста Ханса-Юргена Зибергера. А для 47-летнего режиссёра Оливера Хиршбигеля «Падение» в какой-то степени перекликается с его первой работой для кино — «Экспериментом», где речь шла, в частности, о том, как в замкнутом сообществе людей вызревают ростки стихийного, подспудного проявления фашистских, человеконенавистнических настроений.На самом-то деле, в «Падении» использована ещё и книга «До последнего часа» Траудль Юнге, бывшей стенографистки Гитлера, написанная ею с молодой журналисткой Мелиссой Мюллер. А открывают и замыкают повествование фрагменты из экранного интервью Юнге, которое она дала незадолго до своей смерти ещё в феврале 2002 года, пытаясь объяснить собственное участие во времена молодости в деятельности во имя нацистской Германии и лично Адольфа Гитлера.Вот почему в фильме Хиршбигеля содержатся несколько отдельных, пусть и пересекающихся историй, в которых частное подчас парадоксально сочетается с глобальным, и судьба одной из секретарш фюрера якобы должна волновать зрителей так же, как и то, что может произойти с гитлерюгендовцем Петером. Но в этом как раз больше фальши и ложного пафоса относительно того, что «маленькие люди», которые попали в жернова фашистского Молоха, не столь уж виновны в происходящем, подобно и всему немецкому народу, безжалостно положенному нацистскими властителями дум на алтарь бесчеловечной идеологии.Напротив, в сценах, когда готовятся к совершению самоубийства Адольф Гитлер и напоследок повенчанная с ним Ева Браун, а семейная чета Геббельс перед собственной кончиной осуществляет хладнокровный обряд умерщвления шестерых детей, картина Хиршбигеля достигает высот трагедии, причём в классическом понимании этого жанра. Конечно, Магда Геббельс — не Медея, а Гитлера не сравнишь даже с Креонтом. И всё-таки в отчаянных поступках «загнанных зверей», которые в последнем логове уничтожают себя и близких так же расчётливо и деловито, как это производили с целыми нациями, есть элемент если не понимания подобных людей, совершенно не заслуживающих права принадлежать к роду человеческому, то хотя бы стремление внимательно отнестись к их финальному выбору добровольного ухода из жизни. Отнюдь не все диктаторы и тираны в мировой истории решались на акты самоустранения, чтобы таким образом избежать кары и возмездия со стороны возмущённого человечества.Тем не менее, и в нынешней Германии лента «Падение» вызвала неоднозначную реакцию, особенно среди интеллектуалов, посчитавших, что вообще не следует обращаться к персоне фюрера, поскольку существует риск его невольного «реанимирования» из-за показа на экране с обычными человеческими слабостями и прегрешениями. Несмотря на широкое признание публики (а в мировом прокате удалось почти в шесть раз превзойти немалый по европейским меркам бюджет в размере 13,5 млн. евро), этот фильм практически проигнорировали при выдвижении на Национальную кинопремию «Лола», номинировав только главного исполнителя, швейцарца Бруно Ганца, актрис Коринну Харфух и Юлиане Кёлер, сыгравших соответственно Магду Геббельс и Еву Браун.2005


Поиск по названию