Я стреляла в Энди Уорхола

Годом раньше была выпущена скандальная лента «Детки», в которой известный фотограф Лэрри Кларк, дебютировавший в режиссуре, старался воспроизвести на новом этапе методы работы «фабрики Уорхола». А в 1996 году с промежутком в два месяца вышли в США две картины — коммерчески удачная «Фарго» братьев Коэн и малобюджетная «Я стреляла в Энди Уорхола» Мэри Хэррон (тем не менее, этот маргинальный рассказ о неуравновешенной феминистке-лесбиянке принёс в прокате $1,8 млн., что вообще немало для подобных опусов). Это позволяет предположить, что спустя 30 лет в американском кино по-своему возродилась традиция гиперреализма, перенесённая Уорхолом на экран из изобразительного искусства, поп-арта и перформанса. Хотя деятельность Энди Уорхола и Кº в искусстве следует назвать в большей степени лишённой арт-корректности, наоборот, эпатажной — даже в желании выдать искусственное за настоящее.А в фильме «Я стреляла в Энди Уорхола», принадлежащем к середине 90-х годов, художественные бунтари и ниспровергатели шестидесятых выглядят как элементарные жлобы и зажравшиеся интеллектуалы, которые, добившись славы, не хотят никого замечать в своём супернарциссизме, тем более — быть политкорректными (тогда и слова такого не было!) по отношению ксоциально-сексуально-артистическому меньшинству. И несчастная, непризнанная Валери Соланас оказалась жертвой этой мафии геев, трансвеститов и просто одержимых лишь собственным величием персон (в послесловии не без злорадства сообщается, что Уорхол так и не смог оправиться от пережитого потрясения после покушения на него, а Соланас хоть и умерла в полной нищете, но позже её антимаскулинистский «Манифест мрази» действительно стал программой радикального феминистского движения).То есть сквозь якобы нейтральную художественную манеру фильма-реконструкции неминуемо прорывается раздражение постановщицы Мэри Хэррон из нового «поколения Х», которая создавала свою ленту при продюсерском содействии Тома Калина. Кстати, его собственный «Обморок» ещё в 1992 году удивил неожиданным сочетанием тоже документально-объективистского подхода, эстетски-авангардного стиля и провокационного содержания в свежей версии дела двух сексуальных маньяков 20-х годов, которые послужили прототипами героев знаменитой «Верёвки» Альфреда Хичкока.1996


Поиск по названию