Шанхайская триада

Яркий восточный колорит, так очаровывавший западную фестивальную публику в других работах Чжан Имоу (многие были отмечены премиями, а две из них — главными: на киносмотрах в Берлине и Венеции), вроде бы остался и в этой картине, особенно во второй половине действия, которое происходит в деревне на отдалённом острове. Однако на первом плане всё равно неизбежно оказалась гангстерская линия фильма, пусть события, относящиеся к тридцатым годам XX века, увидены глазами 14-летнего мальчишки Тан Суйшэна: он попал, благодаря протекции дяди, в услужение к капризной красивой певичке Сяо Цзимбао, которая, в свою очередь, является практически наложницей немолодого главаря шанхайской мафии. Так что сразу напрашивается сравнение с одной из лучших лент Чжан Имоу — «Подними красный фонарь», поскольку и в ней главную роль четвёртой жены в доме богатого господина сыграла та же Гун Ли, которая была своеобразной музой режиссёра на протяжении восьми лет — с 1987-го по 1995-й.Но не случайно и то, что на фестивале в Канне «Шанхайская триада» была проигнорирована основным жюри (только заслужила приз Высшей технической комиссии) и вообще удостоилась упрёков европейских критиков в подражании американскому кино, что в их устах звучало почти неприлично. На самом же деле, используя типичную голливудскую схему из фильмов о взаимоотношениях крупного мафиози и его любовницы, Чжан Имоу попытался обнаружить в гангстерской истории человеческую драму благородного, хотя и инфантильного создания (ведь Суйшэн и Цзимбао — словно одногодки по своей детской и наивной душе, а на смену убитой певичке главарь триады берёт себе в деревне ещё более юную наложницу). Жизнь, даже преступная, всё равно организована по цикличному принципу — и смерть отдельных индивидов не нарушает давно сложившегося положения вещей, что вполне соответствует восточной философии. Кстати, и подлинное китайское название картины звучит поэтично и идиоматично, примерно так: «Плыви, качайся, лодочка, до самого моста».1996


Поиск по названию