Флинтстоуны

Можно по незнанию или же недогадливости воспринять этот фильм как обычную эксцентрическую комедию, в крайнем случае — кинокомикс. И сделать ошибочные предположения, что неамериканским зрителям, которые не видели популярный анимационный сериал 60-х годов, а главное — не знают некоего американского контекста, трудно оценить все шутки и приколы авторов новой версии «Флинтстоунов». Хотя статистика не только проката США, но и стран, далёких от Америки даже в культурном плане, говорит об обратном — $358,5 млн. кассовых сборов в мире. Вслед за добродушным лентяем Фредом Флинтстоуном можно с восторгом воскликнуть: «Ябба-дабба-ду!».Однако лишь внимательные зрители заметят, что вневременной комикс Брайана Леванта (действие происходит то ли в доисторические времена, то ли, наоборот, в далёком будущем) имеет закольцованную композицию, словно фильм в фильме, отсылая к эпохе увлечения голливудскими колоссами 50-х годов в «драйв-инах», кинотеатрах на открытом воздухе с большим экраном, который можно было лицезреть, не вылезая из машины с распахнутым верхом или вообще без оного. Поколение «бэби-бум» да и те, кто чуть постарше, постоянно возвращались во времена matinee, last picture show и TV (ещё без буквы «М»). И лента Леванта представлена как захватывающее, но намеренно наивное зрелище в стиле фантастических комедий 50-х годов — давно ставшие взрослыми режиссёры могли их видеть ещё детьми на утренних сеансах в замкнутом, почти заплесневелом мире обычной американской субурбии.Всё перемешалось — и жители городка Бедрок имеют пещерные дома футуристического дизайна, передвигаются вроде бы на модных машинах, но… при помощи своих ног. Это мир типично детской фантазии, которая легко путешествует во времени и не чувствует особой разницы между прошлым и будущим. Можно ради любопытства сравнить «Флинтстоунов» с популярной трилогией «Назад в будущее» Роберта Земекиса, одного из лучших в поколении «бэби-бум». Там юный Марти МакФлай не случайно носится назад и вперёд по оси времён именно из городка 50-х годов. Подростки, выросшие на увлекательных картинах, которые позволяли им улетать (пока что без наркотического дурмана 60-х годов) прочь от скучной реальности, оказавшись постановщиками в 80-е и 90-е годы, как бы искусственно продлили собственное беззаботное детство, пребывая в атмосфере забавной выдумки и смешения, казалось бы, несоединимого. Различные сказки, байки, комиксы, таинственные истории, жуткие кошмары — всё это используется в американском кино, разумеется, для развлечения и удивления зрителей чем-то необычным, но и отвечает личным пристрастиям авторов, которым по-ребячески хочется присочинить чего-нибудь умопомрачительное и залихватское. Маленькие вруны превратились в больших режиссёров.Конечно же, фильм «Флинтстоун» появился на волне увлечения римейками популярных телесериалов 50—60-х годов, фантастических комиксов и комедийных циклов. Брайан Левант старается максимально насытить свою ленту пародийными шутками. Она начинается с хохмаческих титров «Стивен Спилрок представляет» и заставки компании «Юнивёршелл» вместо «Юнивёрсл». А благодарность в финале обитателям несуществующего Бедрока за участие в съёмках, как и трогательное сообщение о том, что ни один из динозавров не пострадал на площадке, не могут не вызвать улыбку. Левант высмеивает и собственные картины («Трудный ребёнок 2», «Бетховен»), и чужие произведения — от «Нетерпимости» до «Парка юрского периода» (продюсер Стивен Спилберг отрядил для съёмок Майкла Лантьери, одного из творцов спецэффектов в своём «Парке юрского периода»). Специалисты также найдут переклички «Флинтстоунов» с классической немой комедией «Три эпохи» Бастера Китона, французской сатирой «Мой дядя» Жака Тати, который, между прочим, был удостоен «Оскара» за лучший иностранный фильм как раз на рубеже 50—60-х годов и воспринят американцами в качестве наследника традиций именно Китона.Однако современные эксцентрики США усвоили, в основном, природу внешнего юмора, алогичность каламбуров и гэгов, их техническое совершенство, доведённое до механистичности, словно «компьютерности» поведения героев на экране. Грубый, вульгарный, подчас агрессивный смех лишён лиричности и наивности, что всё-таки присуще не только Китону и Тати, но даже и братьям Маркс, которые считались непревзойдёнными мастерами исключительно американской комической манеры. Правда, Джон Гудмен, актёр широкого диапазона, способный быть и фарсовым, и даже внушающим ужас, создаёт во «Флинтстоунах» привлекательный образ чудаковатого увальня. Возможно, герой неотёсан, бесцеремонен (прежде всего — в общении с женщинами, начиная с жены и тёщи: в роли последней предстала в неожиданном комическом амплуа кинодива Элизабет Тейлор). У настоящего мужлана Флинтстоуна нет ума палаты, но он всё же доверчив и беззащитен, буквально принимая все шишки на свою голову. А «Флинтстоуны», разумеется, тоже не шедевр, но вовсе не такая уж глупая комедия, как её воспринимают те, кто не усваивает скрытых намёков, всегда присутствующих в «лживых сказках».1994


Поиск по названию