Твин Пикс: Сквозь огонь

Те, кто был неудовлетворён финалом телесериала «Твин Пикс», отреагировали с большим энтузиазмом на порочный дневник наркотизирующейся и проституирующей Лоры Палмер, который не без лукавства сочинила Дженнифер Чеймберс Линч, дочь провокационного режиссёра Дэвида Линча. Но публике резко не понравилась якобы благостная, всепрощающая попытка самого Линча в предыстории «Твин Пикс. Огонь, иди со мной» о семи днях накануне смерти Лоры Палмер растолковать всё до конца для особо непонятливых и предложить более трогательный исход истории «ангела греха», которому всё-таки было дозволено вознестись в небесные сферы, на райские вершины.Вообще-то Дэвид Линч в искусстве и подлинной жизни по-настоящему склонен не только к мистике, но и к мистификации, аттракционному розыгрышу, созданию феерического спектакля. На Каннском кинофестивале 1992 года, куда постановщик прибыл вместе с карликом из «Твин Пикса» и новой женой, почти на сносях, он устроил праздничный фейерверк, своего рода карнавал, похожий на Хэллоуин, а также ночной просмотр картины «Твин Пикс. Огонь, иди со мной», потратив немалые деньги ради ажиотажа. И всё впустую, к полному разочарованию зрителей и критиков, словно ждавших нового откровения от сюрреалистического мессии, которым Линч совершенно не желает быть, а лишь искусно притворяется.Его тяга к бездумно-ребячливому сотворению мира-балагана, некой фантастической реальности, напоминающей гигантский мыльный пузырь, который готов мгновенно лопнуть, явно выразилось как раз в этом фестивальном хэппенинге. Даже сумятица и нечленораздельность таких внешне эффектных зрелищ с обескураживающим исходом — будто часть замысла их постановщика. Атмосфера весёлого времяпрепровождения кажется важнее смысла затеянной акции. Типичный enfant terrible американского кино любит сам процесс игры, которая порой принимает характер оскорбительного, жестокого, разрушающего действия. Но в навороте событий на стыке реального-ирреального Дэвид Линч умудряется увидеть мелодраматически-сказочную основу, а в хаосе мира, в какофонии звуков услышать сладостную мелодию.А ведь мотив вознесения и избавления от земной скверны благодаря обретённому бессмертию души присутствовал ещё в ленте «Человек-слон». Вместе с «Твин Пиксом» — это два пика в творчестве Дэвида Линча, две вершины зрительского ажиотажа, сдвоенные «мелодрамы ужасов», в которых страшное вдруг может растрогать до слёз, а обманчиво милое имеет жестокий надлом. И уродливый Джон Меррик, который страдает от физического несовершенства, и отдающаяся во власть дьявольского огня наивная Лора Палмер — по сути, брат и сестра по несчастью, своеобразные «твинс» (близнецы), пусть и не кровные, но ведь принадлежащие одному творцу.Внешняя и внутренняя аномалия этих героев Линча равнозначна, поскольку она как бы внеположна по отношению к их подлинной, глубинной сущности, куда не могут проникнуть ни подло или же амбициозно любопытные к чужой ущербности людишки, ни порочные, адские двойники из антиреальности. Самый безобразный в Лондоне и во всём мире «человек-слон» и не устоявшая перед тягой к разврату провинциальная красотка, которая могла бы претендовать ещё и на участие в конкурсе «Мисс Америка», особенно примечательны для данного режиссёра. На примере их судеб, словно на классической лакмусовой бумажке, проверяется опыт, уточняется диагноз, выносимый целому обществу и эпохе — будь то викторианская Англия или пострейгановская Америка.Выясняется, что другие по сравнению с ними не менее уродливы или преступны, одержимы разрушительными маниями. Как сказано в рекламном ролике фильма «Твин Пикс. Огонь, иди со мной», «в таком городке, как Твин Пикс, никто не является невинным». Короля играет свита, а «падшие ангелы» заметнее на фоне всеобщего падения нравов. Явственное отклонение от нормы заставляет обратить внимание на ненормальность всего окружающего мира. Вспомним, как убогие слепые Питера Брейгеля вынуждают задуматься о сбившейся с пути, по сути же — вывихнутой человеческой цивилизации. А его Икар, который упал с небес где-то на заднем плане картины, всё равно выглядит небожителем (дословно — живущим на небе) в сопоставлении с погрязшими в суете и грехах обычными земными обитателями.И кто безумнее — «астральные пришельцы», майор из секретной службы, который разгадывает в бессмысленной колонке цифр некий шифр относительно сов; плохо слышащий шеф Гордон Коул из ФБР (в колоритном исполнении самого Дэвида Линча), для кого приходится специально громко выкрикивать даже тайные сведения; глупая, как пробка, секретарша из полицейского участка, способная ненароком подкинуть агенту Куперу новые версии об убийстве Лоры Палмер… Или же это полоумная женщина с поленом, завёрнутым в одеяльце, подобно ребёнку, которая пророчествует не хуже Кассандры и вещает, особенно в картине «Твин Пикс. Огонь, иди со мной», о философской подоплёке происходящего: «Когда начинается такой огонь, очень трудно его погасить. Прежде всего, погибают святые невинные… И всё доброе в опасности».Надсмехаясь над страхами и маниями американских добропорядочных граждан, подчас ненавидя их якобы благопристойный образ жизни, клеймя его и распиливая на части (повторяющийся в виде рефрена кадр с лесопилкой в «Твин Пиксе» — намеренно буквальная метафора), рискованно обнажая суть вещей, Линч всё же не из породы линчующих, а именно — готов петь хвалебный гимн этим самым «святым невинным». Позволив им пропасть в безднах пороков, сгореть в пучинах адского пламени, подвергнув героев всем мыслимым и немыслимым унижениям, заставив умереть мучительной физической смертью, он как демиург или добрый волшебник при помощи живой воды воскрешает к жизни сына герцога в «Дюне», неуравновешенного парня Сейлора в «Шальных», агента Купера в «Твин Пиксе», девушку с разбитым сердцем в «Индустриальной симфонии». Или словно ангел-хранитель возносит в последний миг незапятнанные души на небеса (Джона Меррика в «Человеке-слоне», Лору Палмер в «Твин Пиксе»).1993


Поиск по названию