Прямая и явная угроза

Эта лента Филлипа Нойса продолжительна по метражу, хотя не кажется затянутой — может быть, из-за того, что политический триллер как бы предполагает детальное раскрытие на экране всех тайных механизмов закулисной игры политиков и секретных служб подчас не только против внешнего врага, но и по отношению друг к другу в связи с корыстными или просто интригантскими соображениями. Первая половина картины, созданной по очередному бестселлеру, который вышел из-под пера Тома Клэнси, бывшего цэрэушника, представляется более интересной и умной, особенно в сравнении с двумя другими фильмами о Джеке Райане, агенте ЦРУ — «Охота за «Красным Октябрём» и «Игры патриотов». Последний из них тоже был поставлен австралийцем Филлипом Нойсом, который добивается в Америке большого коммерческого успеха (вот и «Прямая и явная угроза» превысила стомиллионный рубеж) в тех случаях, когда подавляет свои личные пристрастия к экзистенциальным драмам криминально-патологического характера («Тени павлина», «Мёртвый штиль», «Щепка»).На сей раз Райан, уже во второй раз сыгранный кассовым американским актёром Хэррисоном Фордом, который вдруг производит на экране впечатление быстро постаревшего героя (всё-таки исполнителю было уже за пятьдесят), оказался — ни более, ни менее — во главе отдела разведки ЦРУ, поэтому вхож в овальный кабинет Белого дома. Он вынужден бороться против колумбийских наркокартелей, не ведая, что при попустительстве президента США его помощник по национальной безопасности и шеф ЦРУ проводят с помощью наёмников боевые операции в Колумбии.Роман Клэнси и лента Нойса отталкиваются, в общем-то, от известных практически всем фактов о преступной деятельности медельинского картеля и принятых в отношении его главарей решительных мерах. Но постепенно теряешь доверие к рассказываемой истории во второй половине действия — и отнюдь не из-за того, что присочинённое для обострения ситуации начинает резко расходиться с реальностью. Ведь даже не потребуется «несколько хороших парней» — один лишь Джек Райан вновь во всём разберётся, окажется «единственным в поле воином», способным и перед сенатом США поставить вопрос о правомерности действий самого президента. Хорошо, что у авторов хватило благоразумия поставить в финале только жирное многоточие.1994


Поиск по названию