Похититель детей

Для итальянского режиссёра Джанни Амелио, который явно ориентируется на традиции неореализма, несколько сентиментального, а если точнее — чувствительного и трогательного рассказа о подчас трагических судьбах простых и обездоленных, униженных и оскорблённых, принципиальна перекличка со знаменитым фильмом «Похитители велосипедов» Витторио Де Сики. По сути, ровесник неореализма (Амелио родился в 1945 году) относится к урокам итальянских мастеров конца 40-х — начала 50-х годов с искренней преданностью, хотя пытается быть по-современному чуть отстранённым и внешне бесстрастным. И сюжет «Похитителя детей», способный разжалобить, вызвать потоки слёз у впечатлительных зрителей, поведан всё-таки сдержанно.Причём главным героем является молодой карабинер Антонио, а не невинная душою 11-летняя Розетта, которую мать заставила заниматься проституцией. Полицейский должен всего лишь сопроводить Розетту и её младшего брата Лючано в католический приют для сирот. А он неосмотрительно проникается подлинным сочувствием к несчастным созданиям и стремится помочь им после того, как «испорченным детям» отказывают в милосердном приёме в разных домах призрения малолетних. Тот, кто потом будет назван в газетах «похитителем детей», сам в душевном смысле беспризорен, лишён корней, семьи и дома в чужом Милане, где жил в казарме. Да и среди родственников, которых Антонио навестил по пути следования, он кажется пришлым, посторонним, вынужден скрывать свой безрассудный поступок, человеческую привязанность к отверженным детям.«Чувствительный карабинер» (аналогия с неожиданно доброй и нежной, параллельно снятой у нас лентой «Чувствительный милиционер» Киры Муратовой и её первоначально чудаковатым героем, который обнаружил в себе отзывчивое сердце и живую душу, напрашивается сама собой) так же беспомощен и беззащитен перед несправедливым окружающим миром, бесчувственностью людей, как и его юные сопровождаемые. Граница между защитником закона и подзащитными стирается намного быстрее именно с того момента, когда облачённый служебной должностью и униформой пренебрегает этими мнимыми атрибутами власти, желая по-человечески скрасить детям их последние дни на свободе, за пределами каких-либо стен.Не случайно, что в работе над картиной «Похититель детей» участвовали сценаристы Сандро Петралья и Стефано Рулли, известные по интересу к сложным социальным проблемам, подчас метафизически неразрешимым (надо упомянуть нашумевший в середине 70-х годов документальный фильм «Развязанные сумасшедшие»). «Похититель» и «похищенные» из ленты Джанни Амелио как раз подобны этим выпущенным из психиатрических больниц пациентам, которые попали в ещё более безумную реальность и не в состоянии к ней приспособиться.В финале намеренно долгие проезды и мучительное ожидание рассвета в машине посреди дороги накануне неминуемого расставания, губительного для чувств всех троих «беглецов», заставляют предположить, что многоточие куда предпочтительнее в 90-е годы, когда уже несвоевременны обличительно-переживательный пафос неореалистов и философский нигилизм разочарованных ниспровергателей 60—70-х годов. В ситуации повышенного (иногда чрезмерного) внимания к простому кино о житейских истинах, скромным и непритязательным повествованиям, впрочем, эмоционально тонким и доверительным по интонации, «Похититель детей» закономерно получил Большой приз жюри на Каннском кинофестивале и «Феликс» за лучший европейский фильм.1992


Поиск по названию