Поколение игры `Doom`

Если досмотреть фильм «Поколение игры Doom» (иначе — «Роковое поколение») до самого последнего титра, можно обнаружить вместо привычной надписи «снято на натуре в Калифорнии» прикольную ссылку на Ад — как место действия. Грегг Араки, уроженец Лос-Анджелеса, снимал ультрамалобюджетное кино на плёнке 16 мм ещё с ранней юности, с начала 80-х годов. И его пятая картина — лишь первая из тех, которая создана не с таким уж мизерным бюджетом, при участии профессиональных актёров и даже при содействии французских кинофирм.Именно во Франции в 90-е годы старались поддерживать самое разнообразное неголливудское кино — от братьев Коэн до Квентина Тарантино и Роджера Эйвари, от Джона Джоста и Хэла Хартли до совсем молодых Кевина Смита и Брайана Сингера. И Араки, который ещё в 1987 году заслужил премию в Европе (правда, по соседству с Францией — в Швейцарии, на кинофестивале в Локарно) за свой чёрно-белый дебют «Трое смущённых в ночи», спустя 8 лет поставил «нормальную» цветную ленту на плёнке 35 мм. Хотя ни в чём не уступил себе — разве только в том, что создал программно гетеросексуальный фильм, объявив об этом в первом же титре.В отличие от демонстративно гомосексуальных предыдущих картин «Жизни — предел» и «Полный п**дец» (иначе и не переведёшь название Totally F***ed Up), это самое «Проклятое поколение» — так его называли на фестивалях в Сан-Себастьяне и Монреале — рассказывает уже о двуполой любви. Точнее — о «любви втроём». Семнадцатилетняя Эми Блю несколько недель (а это можно посчитать немалым стажем для юной влюблённой пары!) проводит вместе с наивным и романтичным парнем Джорданом Уайтом, пока они оба не связываются с агрессивным и сексуальным Завьером Редом (для краткости он представляется просто «Эксом», лишний раз заявляя о собственной принадлежности к «поколению Х»).Возможно, Грегг Араки в фамилиях героев пародийно использовал трёхцветие последней кинотрилогии Кшиштофа Кесьлёвского или же ёрнически обыграл «цветные прозвища» грабителей из тарантиновских «Бешеных псов». Но куда с большим удовольствием и сознательно преувеличенным вниманием к роковым деталям он обошёлся с числом Нерона и прочими приметами грядущего (да нет — наступившего!) Апокалипсиса наших дней. «Поколение игры Doom» (компьютерная забава современных подростков уже в названии отражает их неуёмную тягу к инфернальному) непременно должно вызвать в памяти целый ряд лент — от более кровавых «Калифорнии» и «Прирождённых убийц» до философской «Инсценировки». Кстати, её постановщик Джон Джост был одним из исполнительных продюсеров фильма «Жизни — предел», в котором, в свою очередь, угадываются мотивы «На последнем дыхании» Жан-Люка Годара.Картина Араки — удобная мишень для критических нападок, её можно легко обвинить во всех смертных грехах, придти в негодование от летающих по воздуху или плюющихся блевотиной отрезанных голов, от садомазохистского секса трёх «эксеров», не знающих выхода из тупика отчаяния. Но даже по сравнению с неожиданно расхваленной американскими критиками лентой «Жизни — предел» 35-летний режиссёр, который пусть и допускает в «Поколении игры Doom» издержки вкуса и нарушает правила приличия, явно вырос в художественном и стилевом плане. И отнюдь не кажется ещё одним «тарантинчиком» на общем фоне чуть ли не поголовной «пальпофикционализации» нового американского кино.1996


Поиск по названию