Небо и земля

Согласно вьетнамской легенде, небо ассоциируется с отцом и Буддой, а земля — с матерью и жизнью. Кадры завораживающей красоты (вот ещё одна райская обитель на Земле) открывают и завершают эту экранную эпопею Оливера Стоуна, которую посчитали заключительной частью его вьетнамской трилогии. Однако «Взвод» (военная драма), «Рождённый четвёртого июля» (история одного из представителей нового «потерянного поколения», рассказанная в духе Ремарка или Хемингуэя) и «Небо и земля» (повествование о судьбе вьетнамки на протяжении тридцати лет — юность и молодость в годы войны, зрелость и семейная жизнь в США, визит на родину в конце 80-х годов) имеют лишь некоторое тематическое сходство. Всё-таки по своей манере они представляются абсолютно разными фильмами.Трудно поверить в то, что постоянный стоуновский оператор Роберт Ричардсон, мастер почти хроникальных съёмок, оказался способным на очень пластичное и искусное запечатление на киноплёнке окружающего мира. А сам режиссёр достиг художественных высот в этом фильме отнюдь не в военных сценах или же в политически ангажированные моменты действия. Удачнее всего в этой далеко не в лучшей работе Стоуна — своеобразное проявление буддистско-пантеистических мотивов в лирических отступлениях, а также мелодраматически-трагические ситуации, которые возникают в отношениях между вьетнамкой Ле Лай (реальное лицо и соавтор книг, использованных в сценарии) и американским сержантом Стивом Батлером. Особенно хорош в данной роли актёр Томми Ли Джонс, которому вообще везёт на потрясающие «вторые роли» («Дж. Ф. К», «Беглец»).1994


Поиск по названию