Конец света

Дословно этот фильм называется «Конец дней». Казалось бы, какая разница?! Но всё дело в том, что с течением веков мы подзабыли этимологию понятия «конец света» — ведь мир отнюдь не кончится, а просто перейдёт во власть Тьмы. И «конец дней» тоже определяет, что на смену дням придут ночи — Сатана, как Князь Тьмы, воцарится на Земле на исходе второго тысячелетия. Вернее, в Нью-Йорке в последние дни 1999 года (а три «девятки» — это же перевёрнутые три «шестёрки»).Простодушие (чтобы не сказать — глупость) американцев не знает границ. Мало того, что они, подобно почти всему необразованному человечеству, не будучи в ладах с элементарной арифметикой, решили отметить переход от одного тысячелетия к другому почему-то на год раньше срока (а следовало бы — в ночь на 1 января 2001 года). Они не постеснялись уже в который раз не только выдать свою страну за центр мироздания, но и за поле битвы с самим Сатаной, а отважных и решительных соотечественников — за единственно возможных спасителей всего мира от прихода Антихриста и погружения света (в обоих значениях этого слова) в бездну тотального мрака.И хотя действие начинается в Риме, а именно — в Ватикане, оплоте христианства вообще и католической церкви в частности, где в 1979 году (а почему не в 1966-м?) священники, расшифровав библейские тексты, предсказали рождение девочки, которой предстоит спустя 20 лет стать матерью Антихриста, потом повествование всё равно переносится в Нью-Йорк. Как раз там в «считанные дни» (так назвали эту картину в Италии) до наступления 2000 года Сатана, вселившись в тело одного из крупных бизнесменов с Уолл-стрит, должен найти меченую особым знаком девушку и успеть посеять в неё своё дьявольское семя.Интересно, что религиозные лидеры Америки, всё-таки вмешавшись в создание ленты «Конец света» и заставив изменить финал сценария ради придания ему необходимой духовной значимости (иначе получалось, что «славный Арни» побеждал Сатану только при помощи сильных кулаков и огнестрельного оружия), упустили из виду куда более важные вещи. Чуть ли не все церковники, включая римского папу, выглядят жалкими и беспомощными, лишь вознося молитвы к Господу и покорно полагаясь на то, что он-то их спасёт от явления Антихриста. Или же они (что, кстати, нередко случалось в истории христианства) готовы на убийство ради благой цели, предпринимая усилия для устранения не причины, а следствия, то есть пытаются раньше Сатаны найти будущую мать Антихриста и уничтожить её.Но, как и положено в Голливуде (и в чём мало кто из зрителей вообще сомневался), буквально за несколько секунд до рокового момента герой Арнольда Шварценеггера с библейским именем Иерихон, преодолевая в самом себе борьбу добра со злом, сопротивляясь из последних сил проникновению дьявольского в собственное тело, спасает девушку от Сатаны, правда, жертвуя собой. Однако это «новшество» в американской сюжетной схеме (точно так же, как и стремление очеловечить автоматизированного персонажа Шварценеггера, заставив его пить горькую, страдать от потери жены и дочери, ещё в начале фильма думать о самоубийстве, что ему удалось намного эффектнее обставить под занавес) всё равно не может избавить от недоумения.Например, давняя трилогия «Предзнаменование», несмотря на растущую от серии к серии несообразность действия, была куда логичнее в изначальном посыле, что рождённому, согласно предсказаниям в Апокалипсисе, младенцу, связанному с числом 66, предстоит сразиться в финальном поединке за род человеческий отнюдь не с каким-то смертным (пусть он очень крутой и сотни раз заслуженный, как «непобедимый Шварц»!). Наоборот, этот самый Антихрист должен был бы предотвратить Второе Пришествие и не допустить появления нового Христа в канун XXI века и третьего тысячелетия. Но за последнее время американские кинематографисты настолько потеряли голову от собственной мании величия, что их уже вовсе не заботит хоть самое примитивное оправдание сюжетных наворотов очередного боевика, которому по моде на тревожные ожидания конца света наспех приписаны мистико-религиозные мотивы.Тем не менее, даже в Америке картина «Конец света» не произвела особого эффекта (кассовые сборы просто чудом не остановились на сумме $66,6 млн.!), а критики были на редкость единодушны в своих уничижительных, презрительных отзывах. Самый резкий из них и одновременно забавный: «Фильм настолько плох, что первое желание после просмотра — набить морду Шварценеггеру» (Dallas Morning News). Хорошо, что американцы также осознали бессмысленность паники по поводу якобы неизбежного конца света: «Обнадёживает лишь то, что через какой-то месяц эта бессмысленная «миллениум-эйфория» закончится» (Contra Costa Times). Что называется, как в воду глядели!1999


Поиск по названию