Интервью с вампиром

Первый роман американской писательницы Энн Райс из «вампирского цикла» был издан ещё в 1976 году. Потом она сочинила три других произведения о вампирах с многовековым стажем, отстаивая свой — американский и чисто женский — взгляд на мифологию вампиризма и отвергая европейскую традицию. Поэтому ирландец Нил Джордан, приглашённый для постановки «Интервью с вампиром» после того, как прославился фильмом «Возмутительная игра» (хотя на его счету также была мистическая лента «В компании волков»), мог бы назвать свою картину следующим образом: «Энн Райс: Интервью с вампиром», в подражание новой моде — «Дракула Брэма Стокера» и «Франкенштейн Мэри Шелли».Несмотря на то, что внешне фильм Джордана лишён голливудской пышности, а спецэффекты поданы без навязчивой демонстративности, он закономерно в полтора раза превзошёл коммерческие достижения ленты Фрэнсиса Копполы о Дракуле (не говоря уже о работе Кеннета Брэны о Франкенштейне) и оказался самым популярным произведением о вампирах за всю историю американского кино (его посмотрели 25,2 млн. зрителей). Однако умопомрачительный успех фильма ужасов «Изгоняющий дьявола», снятого за 21 год до этого, остался, разумеется, недосягаемым.В «Интервью с вампиром», безусловно, чувствуется европейская культура ряда его создателей — французского оператора Филиппа Русло, поражающего изысканными вертикальными панорамами камеры; итальянского художника Данте Ферретти, который неоднократно сотрудничал с Федерико Феллини и Пьером Паоло Пазолини; актёров Антонио Бандераса (испанца), Стивена Ри (ирландца) и Домицианы Джордано (итальянки, памятной по «Ностальгии»). Но вот пафос истории двухсотлетнего вампира Луи де Пуана дю Лака, который прежде был землевладельцем в Новом Орлеане, а потом оказался соблазнённым «новым Мефистофелем», четырёхсотлетним Лестатом де Лионкуром, является настолько же американским, насколько роман «Унесённые ветром» Маргарет Митчелл, ещё одной литературной дамы, был проникнут идеей «несгибаемости южан» — что стало уже идиомой, например, в словесном выражении «стальные магнолии» (так характеризуются выходцы с юга США). С этой точки зрения, бессмертие главных героев-вампиров, которые и в огне не горят, и осиного кола не боятся, и при дневном свете разгуливают, может быть объяснено метафорически как жизнестойкость представителей американской нации, потомков европейцев (лучше — латинских, чем англосаксонских), пустивших корни на землях к югу от Новой Англии.1994


Поиск по названию