Жестокая игра

Ирландец Нил Джордан любит снимать фильмы, которые словно не равны самим себе. Даже не в очень-то удачных комедиях «Бодрость духов» (1988) и «Мы не ангелы» (1989) режиссёр склонен притворяться затейником и балагуром, усиленно комиковать, как это и делают его герои при встрече с призраками или же в бегах от полиции. Но подспудно автором всё-таки владеет лирическое, человечное начало, трогательность и застенчивость любовного чувства по отношению к самым незадачливым людям.Вот и «Возмутительная игра» поначалу может произвести впечатление «крутого триллера», обычного остросюжетного боевика вроде зрелищного, но одномерного американского опуса «Игры патриотов» об ирландских террористах, которых, конечно же, побеждает лихой «цэрэушник», хоть и бывший. А острота сюжета в картине Джордана заключается не столько в перипетиях политического детектива о Фергасе, добровольце ИРА, одном из террористов, взявших в заложники Джоди, чернокожего британского солдата. Простой разговор между людьми, неожиданная симпатия охранника к заключённому — врагу, человеку другого цвета кожи, будто анонимной персоне, скрытой под накинутым в целях конспирации мешком, наконец, растерянность Фергаса, который совершенно не желает бессмысленной расправы над Джоди и ещё более шокирован его фатальной смертью под колёсами грузовика с полицейскими… Это намного важнее и эмоционально богаче заурядных переживаний по поводу: «догонит — не догонит», «убьёт — не убьёт».Но в «Возмутительной игре» привлекает отнюдь не одна лишь пикантность ситуации, в которой оказывается Фергас, позже решивший непременно встретиться с возлюбленной Джоди — смуглой парикмахершей Дил, поющей по вечерам в местном кафе, в том числе — песню под названием The Crying Game (можно перевести и так: «Игра, от которой плачут» или же «Игра, доводящая до слёз»). При показе ленты старались утаивать загадку, поражающий поворот сюжета в оригинальном сценарии Нила Джордана, который заслуженно получил премию «Оскар» именно за это, хотя фильм выдвигался вообще по девяти номинациям. Между прочим, он был мощно «раскручен» в прокате США только после объявления соискателей (среди них — и фотомодель Джей Дэвидсон за потрясающе сыгранную роль Дил, привлекательной для Фергаса девушки, которая как раз и скрывает столь необычную тайну).Фирменное для Джордана «оборотничество» действия и персонажей в данном случае может быть воспринято как каприз Рока, фатальной судьбы главного героя. Дважды рассказанная — сначала Джоди, а потом, в финале, уже Фергасом для Дил — притча о лягушке и скорпионе должна лишний раз подчеркнуть, что у каждого из явившихся на этот свет есть своё природное предназначение, пренебрегать которым, а тем более опровергать его просто бесполезно. Подлинная острота и глубина картины заключается в том, что люди (если суждено им быть вместе, несмотря на политические, расовые и даже половые препоны) всегда найдут и поймут друг друга.Ведь так называемый абстрактный гуманизм, которым целые десятилетия пугали наших творцов и зрителей, потому велик и непреложен, что не ориентируется на сиюминутные или классовые интересы, не приемлет идеологического и социального диктата. Коммунистический лозунг «человек человеку — друг, товарищ и брат» сплошь и рядом ставился под сомнение, а западный пафос самоценности любой человеческой личности считался у нас «буржуазным индивидуализмом».Но Нил Джордан уже в «Моне Лизе» возмутительно для некоторой части публики отстаивал право бывшего воришки (после выхода из тюрьмы тот стал шофёром-телохранителем) проникнуться чувствами, а потом и боготворить темнокожую супершлюху Симону. В «Возмутительной игре» в лучшие моменты постановщик достигает почти тех же высот поэзии, умиротворения душ двух людей, которые стали близки и нерасторжимы друг с другом — вопреки террористскому прошлому Фергасу, затем вынужденному отбывать срок в тюрьме, и тому неожиданному, что утаивает Дил, своего рода «смуглая Мона из Лондона».Ещё непременно следует отметить тонкое использование Джорданом джазовых, блюзовых и ритм-энд-блюзовых интонаций в своих фильмах. Кстати, вдруг открытый всеми Стивен Ри, который тоже попал в число номинантов «Оскара», за десять лет до того уже играл в джордановском «Ангеле» / «Парне Дэнни» именно саксофониста. И в «Возмутительной игре» хит, специально записанный Боем Джорджем благодаря инициативе группы «Пет Шоп Бойз», несёт немалую смысловую и эмоциональную нагрузку. Не только персонажи, но и автор рискует вступить в заманчивую до навёртывающихся слёз игру, в которой все они надеются обрести хотя бы намёк на взаимопонимание. И всё более возраставший ажиотаж в США из-за этой картины, в итоге там собравшей $62,5 млн. (по нынешним ценам эта сумма превысила бы стомиллионный рубеж), убеждает, что серьёзное кино, не заигрывая со зрителями, способно, в конце концов, найти обязательный отклик.1993


Поиск по названию