Габбе

Достаточно увидеть хотя бы лишь эту иранскую ленту, снятую в 39-летнем возрасте одним из ведущих иранских режиссёров Мохсеном Махмальбафом, чтобы оценить поразительную незамутнённость и свежесть восприятия окружающей реальности в современном кинематографе Ирана. А также можно удивиться редкостной в наши дни, поистине искренней неозабоченности автора ничем другим, кроме того, что действительно интересует его самого и, значит, должно быть непременно интересно ещё кому-то. Картина Махмальбафа, которая у нас получила название «Персидские ковры», в принципе, напоминает красочный по рисунку и искусно сделанный персидский ковёр небольшого размера из провинции Габбе. Хотя одновременно подобное имя носит и молодая героиня, которая словно сошла с изображения на ковре или же материализовалась в нынешнем мире благодаря рассказу старухи, чистящей на реке это самое полотно вместе со своим пожилым супругом. Давняя легенда о любви юной девушки к чужаку, который не принадлежал к её клану, послужила сюжетом для народных умельцев, изготовивших ковёр. Но, пожалуй, она как-то перекликается и с историей жизни двух состарившихся персонажей — а может, они просто хотели бы в идеале соответствовать столь красивому и возвышенному любовному сказанию.Однако в трактовке Мохсена Махмальбафа житейская мелодрама приобретает не только притчевый, иносказательный характер, а ещё и отражает эстетические поиски автора на тему взаимоотношений искусства и действительности (что в более концентрированной форме присутствует в его следующей работе «Хлеб и горшок с цветком», известной в мире в качестве «Мига невинности»). Как это вообще происходит, что подлинная и выдуманная реальности перетекают друг в друга, будто потоки струящейся воды, и уже невозможно отличить только что поведанное от некогда случившегося, провести грань между живой природой и творением рук человеческих?! Кстати, один из героев фильма, поэтически настроенный, пусть и эксцентрически ведущий себя дядя Габбе, провозглашает: «Вся жизнь — это цвет», а потом эту же простую, но мудрую истину можно услышать и в песнях женщин по случаю рождения ребёнка у одной из них. В понимании Махмальбафа искусство — как персидский ковёр, в котором переплелись красота всего сущего и то, что порождено фантазией творца.1999/2007


Поиск по названию