Высокая мода

Следует упомянуть именно всех 33-х исполнителей более-менее заметных ролей в этой киномозаике Роберта Олтмена (причём первые 28 человек были перечислены в решении Национального совета обозревателей, отметившего премией актёрский ансамбль в целом). Олтмен составил благодаря фильмам «Нэшвилл», «Игрок», «Короткий монтаж» и «Готовое платье» своего рода тетралогию нравов шоу-бизнеса, мира Голливуда, жизни представителей разных слоев общества Лос-Анджелеса и, наконец, роскошного света модных кутюрье, вызывающего нескрываемое восхищение. Правда, судя уже по названию (режиссёр был вынужден лишь добавить к французскому термину prêt-à-porter его англоязычную кальку Ready to Wear), картина посвящена не haute couture, а миру моды рангом пониже. Известный антимифотворец, разделавшийся почти со всеми легендами и иллюзиями Нового Света, переключился на «культурные культы», порождённые Европой. Он смело вторгся за кулисы фешенебельного фасада, демонстрируя изнанку праздников красоты и изящества.Богатые на выдумку модельеры, красивые манекенщицы, престижные фотографы, телеведущие и редакторы модных журналов, фанатичные поклонники и случайные заезжие знаменитости (среди них можно увидеть Шер и Гарри Белафонте), все, кто тусуется в Париже на сезонном смотре новых моделей одежды, стремясь выставить себя на показ или добиться очередных успехов в этой борьбе за выживание… Культ красивой одежды прельщает не только типичных искательниц «дамского счастья», которые с нежной иронией были описаны ещё Эмилем Золя, но и далёких от моды мужчин, вдруг испытавших страсть к трансвестизму. Дэнни Айелло ролью майора Хэмилтона, который переодевается в платье, купленное женой после посещения парижских boutique, пополнил галерею женских образов в кино, не без блеска сыгранных мужчинами.В стороне от феерии туалетов на все случаи жизни оказывается лишь парочка американских репортёров — Энн Айзенхауэр и Джо Флинн, которые, попав в один номер в отеле, преодолевают первоначальную неприязнь и проводят всё остальное время в постели, укрытые только простынями. А ещё иная, невещественная страсть приводит в Париж итальянца Серджо, занесённого много лет назад капризной судьбой в Москву, где он стал обычным портным, но сохранил навеки любовь к одной женщине — Изабелле, которая вышла замуж за ненавидимого ею и многими другими Оливье де ля Фонтейна, владельца известного дома моды. Его нелепая смерть сразу же вызвала у всех подозрения в том, что де ля Фонтейн был убит конкурентами. И Серджо, случайный свидетель этой кончины, вынужден скрываться, перешивая чужую одежду, одновременно пытаясь встретиться с одушёвленным предметом своих влечений. Их первое столкновение после долгой разлуки особенно комично — Изабелла падает от неожиданности в обморок, а Серджо думает, что вновь стал невольным виновником смерти.Остроумно и то, что Олтмен пригласил на эти роли Марчелло Мастроянни и Софию Лорен, которые не встречались на съёмочной площадке целых 16 лет, хотя до этого участвовали вместе в создании десяти фильмов и стали одной из самых знаменитых пар в истории кино. Режиссёр позволяет себе иронически повторить сцену стриптиза в спальне из картины «Вчера, сегодня, завтра» Витторио Де Сики, прежде всего, восхищаясь тем, как выглядит София Лорен в свои 60 лет и после долгой болезни (до съёмок в «Готовом платье» она четыре года не появлялась на площадке). Этот эпизод, как и гостиничный роман журналистов, словно подготавливает экстравагантный финал, который может кое-кого шокировать своей дерзостью и сарказмом.Но Роберт Олтмен, несмотря на то, что всегда был насмешливым наблюдателем человеческих нравов, относится к своим героям с трогательной снисходительностью и даже с терпеливой любовью. Он готов принять их такими, как они есть в своей неприкрытой сущности. Ведь и «Готовое платье» возникло на пересечении двух чувств — пренебрежения к миру моды и любопытства (между прочим, его пробудила в Олтмене жена), переросшего затем в увлечение неведомой иллюзорной реальностью. Возможно, эта лента может показаться в чём-то вторичной по отношению к лучшим работам маэстро кино, более европеизированного, чем прочие американские постановщики. «Готовое платье» (у нас его почему-то назвали «Высокой модой», что в корне неверно!) — именно prêt-à-porter по сравнению с образцами haute couture в творчестве Роберта Олтмена, что тоже неплохо.1994


Поиск по названию