Андерграунд

Эта лента, получившая «Золотую пальмовую ветвь» в Канне в 1995 году (благодаря чему Эмир Кустурица стал всего лишь третьим по счёту — после Фрэнсиса Форда Копполы и Билле Аугуста — дважды лауреатом высшей награды одного из самых престижных кинофестивалей мира), обладает всеми признаками вольного и неудержимого таланта режиссёра из Сараева. Сам он упорно продолжает именовать себя югославским (а не боснийским) постановщиком, хотя единой страны СФРЮ уже не существует, и даже название Югославия, ещё несколько лет использовавшееся в Сербии и Черногории, теперь вообще исчезло с карт. Действительно случилось так, как это напророчил Кустурица в символическом финале своего «Подполья», когда показал, что от большой территории остался после происшедших разломов только жалкий кусок суши, дрейфующий в мировом пространстве. И кончилось то эпическое неделимое время, которое длилось и длилось для обитателей подполья, устроенного ещё в годы второй мировой войны, когда всем югославам, без деления на отдельные национальности, пришлось выживать в условиях немецкой оккупации.Может создаться впечатление, что «Подполье» — это растянутый до размеров весьма причудливого (порой чуть ли не сюрреалистического) сказания обычный анекдот из серии про партизан, которые так и не узнали об окончании войны и продолжали по-прежнему прятаться в потайных местах, изредка совершая дерзкие вылазки, направленные против захватчиков родной земли. Но исходная комическая ситуация служит для Эмира Кустурицы лишь поводом для создания широкомасштабной фантасмагории всей окружающей действительности за полвека после войны, когда каждый индивид поневоле ощущал себя пленником времени, горделиво уповая на то, что является, на самом-то деле, заложником вечности. Однако вечное оказалось скоротечным, а не лишённая пафоса борьба за существование — обыкновенным бегством от реальности, аналогом трусливого закапывания головы страуса в песок. Подполье же превратилось в подобие склепа с заживо погребёнными людьми.Несмотря на яркую и сочную образность, эта лента Кустурицы всё-таки представляется не только наиболее тяжеловесной и перегруженной символикой, но и излишне политизированной работой, что, кстати, спровоцировало её довольно резкий приём в Боснии и Герцеговине. А вот члены Сербской киноакадемии назвали «Подполье» третьим в списке лучших фильмов, созданных после второй мировой войны.1995/2006


Поиск по названию